…

А тут младшая дочь снова вычудила: потерялась из виду, из-за своей сильной обиды на сестру.

Полгода уж Корневы ее в глаза не видели.

– Не могу, соскучилась, хочу дочь увидеть, – заявила Мария.

Она забрала из холодильника всю еду, ее в пакеты сложила, нагрузилась ими и двинулась к автобусной остановке.

В городе Катерину не нашла нигде. Вахтер общежития развела руками перед “мамочкой”:

– Так она давно не живет тут.

И шепотом на ушко, добавила:

– Наведывается иногда по выходным к подружкам в общежитие. У нее уж пузо на нос лезет, неужели не знаете?

Чуть не рухнула в обморок Мария:

– Какое пузо?

– Обычное. Живет ваша девочка с мальчиком, от него и забеременела. Погодите, а вы разве не знали?!

…Корнева разыскала свою дочь Катеньку, только с помощью ее подружек, коих половина общежития образовалась.

Оказалось, Катерина давно живет с каким-то молодым хлыщом, они комнату снимают, в общежитии!

***

Федор Михайлович ушел в запой. Нервы у человека не выдержали.

И то правда, дочери его замучили своими сюрпризами. Вот и Катенька, студентка-красавица, вместо диплома, привезла домой, еще одного зятя.

Николаюшка.

Тоже безродный, в дырявых кроссовках. Необихоженный, зато – с харизмой.

На своей свадьбе так лихо танцевал и частушки пел, перекрикивая тамаду, что влюбились. Влюбились Корневы, в своего нового зятя!

Неудивительно что он и Катерине голову вскружил, ну ладно.

Смирились Корневы, что и вторую дочь отдали замуж. Такова жизнь и природа, женская, вместо учебы хочется ласки…

***

Ужиться молодые не смогли: характеры у Кати и Николая взрывные. Что ни день, то скандал, а жили новобрачные в доме Корневых.

Ребенку едва полгода исполнилось, как Николай сбежал от жены сломя голову.

Катерина расстраиваться не стала, наоборот, радовалась. И бросив сына на попечение родителей, вернулась в город, доучиваться.

***

Нянчились с родившимся Кирюшкой все: и бабушка с дедушкой, и тетя Люба. Даже Дмитрию доставалось.

– Димка, ты чего руку подвернул, поди специально, да? – кричит рано поутру зятю Корнев, Федор Михайлович.

– Чтобы на покос не идти? Тогда Любка вместо тебя поедет сено кидать. А ты – нянчись.

Корнев каждый день навещает дом Любушки, следит за порядком: чтобы хозяева до обеда не спали, чтобы печь с утра топлена, да в курятнике живность не голодала.

Дмитрий сердился на вмешательство тестя в семью, да поперек слова сказать не мог: все-таки сильно он от жены зависел.

А жена – от своих родителей.

Работать лоботряс Дмитрий не желал, повис беспомощным балластом на плечах любимой. В доме Любы он накормлен и обогрет, еще бы спал днями как кутенок, да тесть не дозволяет, зудит и зудит под ухом.

Всего за несколько лет семейной жизни Дмитрий неузнаваемо изменился: округлился лицом, поправился, потому что отъелся.

И стал задумываться о том, что не дело это – жизнь свою положить в ноги деревенскому тестю.

Как же ему нравилось жить в доме Любы, но работать лень, в этом вся проблема.

А деревенская жизнь тем и отличается от городской, что работы – много.

***

…Люба уставшая пришла с покоса. Настолько уставшая, что шла и думала: уж поскорее бы донести себя до кровати, и свалиться отдыхать.

Видимо, годы берут свое, начала уставать от работы.

– Дима, Дим, – позвала она мужа. – Ну как ты, не устал нянчиться?

Ответом ей была тишина и женщина испугалась. Принялась ходить по дому, и по двору, кричать мужа.

– Нету твоего Дмитрия, – отозвалась из-за забора соседка. – Вот, он мне Кирюшу вашего оставил, да тебе записку.

– Какую, записку? – удивилась Люба.

Соседка передала ей бумажку, пообещав привести Кирюшика.

“Люба, ты была хорошей женой, спасибо. Благодаря тебе я ожил, собрался с мыслями и решил: не мое это призвание – деревня. Поэтому ухожу, нас разведут, не противься этому. Я взял у тебя немного денег на дорогу и расходы на первое время, думаю, их я отработал. И да, вот еще что: была бы ты сиротой, цены бы тебе не было.”

Люба уставилась пустым бессмысленным взглядом на записку.

Она молча приняла племянника от прибежавшей соседки, переодела его во все чистое, и забыв об усталости, принялась развлекать ребенка игрушками.

А сама долго обдумывала, что же случилось. И почему он – ушел.

Сколько было пролито слез, только одна Люба знает.

И только спустя несколько лет, она “отпустила” его окончательно.

Угасло всё, что оставалось.

За это время у нее уже свой собственный сынок родился, от Димы. Назвала мальчика Алексеюшкой, ничего о нем бывшему супругу не сообщила, так захотела.

И племянника Кирюшку принялась растить, он бегал за тетей Любой везде и начал называть мамой.

“Мне не за что злиться на судьбу”, – подвела она итоги своего замужества. -“Дима хороший, но он прохожий в моей жизни. Благодаря которому я узнала радость отношений с мужчиной. И радость материнства.

Я его удерживать не буду: пусть идет своей дорогой, пусть определится в своей жизни. Я скажу ему спасибо за то, что подарил мне сына, и разбудил во мне женщину.

А дальше я буду просто жить, с детьми и родными…”

***

– Ну и дура Любка, – вяло судачили по деревне кумушки. – Позарилась на проходимца, который ее бросил с сыном. А все почему? Да потому что не станет молодой мужик жить с бабой старше себя.

Люба слышит рассуждения за спиной и улыбаясь, идет с детьми на прогулку.

Привыкла она к пересудам. Кто знает, скоро и сама такой же ярой сплетницей станет?

О чем то ведь нужно будет говорить, в деревне, где жизнь скучная, размеренная и тихая.

– Она еще и улыбается, ну точно дурочка.

***

Дмитрий вернулся сам, когда его никто и не ждал.

Повзрослевший, битый жизнью. Опять в рваной обуви.

Виновато заглянул в дом Любы. Посмотрел на мальчишку (сына).

– Примешь? А это кто? Кирюшка так вырос?

Люба увела сына в кухню и вернулась к бывшему мужу:

– Кирюшка, Кирюшка. А ты чего вернулся, мы же все решили?

– Дак я к тебе.

– А как же поиски призвания, Дим?

– Да ну их, Люб. Это все глупости и ерундистика. Какое еще призвание, это все красивые слова, не более, придуманные бездельниками. Дом там, где тебя ждут и тепло.

– Все правильно, – кивнула головой Люба. – Только мой дом – это мой дом, Дим. А ты свой иди, ищи.

– Вот так, да? – удивился Дмитрий. – А что я уже, не нужен? А как же твои чувства ко мне, а Люб? Сейчас как обниму, размякнешь в моих руках.

– Да нет, Дим. Нет никаких чувств, их придумали такие бездельники, как и ты. Удобно чувствами все оправдывать. Я не могу жить с тем, кому больше не доверяю. Мне некогда, завтра на покос идти.

– Покос? А что, старый тесть Корнев до сих пор жив и здравствует? – удивился мужчина.

Его пыл заметно поугас.

Встреча бывших супругов вышла жалкой и ненужной.

Сказать этим двоим было нечего и Дмитрий понял, что Любовь покинула бывшую жену.

Он закинул свою сумку на плечо и пошел от дома.

– Тогда прощай. Сообщи, если нужен буду.

***

– Ох и Любка, все выделыватся. Мужики на дороге чай не валяются, могла и впустить в дом, бывшего своего мужа…

Мамочки!