…

– Так сына её звали. Он у неё в афганскую сгинул. Один единственный у неё был. Не дай вам Бог, девки, такого пережить. Она же раньше другая была. Хохотушка, болтушка. А как Мишки не стало, закаменела вся.
А в кабинете Татьяна деликатно расспрашивала парня.
– А давно вы одни? Как сестру зовут? Где ночевать будешь?
Тот с аппетитом поглощал бутерброды и бесхитростно отвечал. Что родители в бане пьяными угорели. Сестрёнку зовут Света и через два года она из детского дома выпускается. Что после армии он в деревню вернётся, в родительский дом и туда же Свету заберёт. А ночевать будет на вокзале, он уже с дежурным договорился.
А Татьяна слушала его, а видела перед собой сына. Он так же морщил нос, когда говорил и так же откусывал хлеб, сначала корку, а потом мякиш.
Тут она спохватилась:
– А зовут тебя как?
Он удивился:
– Так, Михаил меня зовут. Вы же сами там меня в зале окликнули. Я даже удивился, откуда вы меня знаете.
У Татьяны горло сжалось в спазме. Она закашлялась так, что из глаз слёзы покатились. Миша всполошился:

– Что с вами? Плохо? Татьяна отхлебнула из стакана минералку и вытерла мокрое лицо.
– Ничего, всё в порядке, не волнуйся. Вот что. На вокзал ты не пойдёшь, ночевать у меня будешь. Сейчас к Свете съездим и если не пустят, гостинцы передадим. И не спорь. Я старше и мне лучше знать!
Миша робко спросил:
– А ваши не против будут? Ну, если вы с улицы постороннего приведёте?
Татьяна усмехнулась…
– Некому против быть. Одна живу.

И на мгновение вспомнила бывшего мужа. Он через полгода после похорон ушёл от неё. К девчонке совсем, старше сына их на два года. У него сейчас уже трое детей. Видела его недавно. Постарел, располнел, подурнел. Понятно, что про Мишку и не вспоминает, наверное, детей растит. Это она до сих пор сына забыть не может.
Через год после этого события, на перроне стояли двое. Татьяна и Света, которую она забрала к себе. Они ждали скорый поезд. На котором должен был приехать Миша. Их главный человек в жизни.

Lana Svetlaya