Конец спектакля.
Вечер закончился.
Гости разъехались. Цветы, подаренные «молодожёнам», остались в багажнике такси — они их забыли, да и не нужны они были никому.
Они вошли в свою квартиру.
Тишина обрушилась на них мгновенно. Та самая, привычная, липкая тишина.
Праздничная магия исчезла, как только захлопнулась дверь.
Николай Петрович, кряхтя, начал стягивать ботинки.
— Устала? — спросил он. Не из заботы, а просто чтобы нарушить вакуум.
— Устала, — ответила Вера.
— Ну, иди ложись. Я телик новый настрою. Там вроде матч какой-то должен быть.
Он не сказал «Спасибо за вечер».
Он не сказал «Ты была красивой сегодня».
Он не обнял её.
Он просто пошёл к своей новой игрушке.
Вера Ивановна зашла в ванную. Встала перед зеркалом.
Из зеркала на неё смотрела уставшая старуха с размазанной помадой.
Пятьдесят лет.
Полвека.
Вся жизнь ушла на то, чтобы создать декорацию. Чтобы всем было удобно. Детям — полная семья. Мужу — бытовое обслуживание. Соседям — пример для подражания.
А её самой в этой схеме не было.
Она стёрла помаду ватным диском. Жёстко, до красноты.
В комнате за стеной заорал телевизор: «ГООООЛ!».
Она выключила свет в ванной.
Пошла в свою комнату. Закрыла дверь на щеколду.
Достала из тумбочки таблетку снотворного.
Это был единственный способ не думать о том, что завтра будет такой же день. И послезавтра.
И что «золотая свадьба» — это просто позолоченная клетка, ключ от которой она сама выбросила пятьдесят лет назад.
Мораль:
Терпение — это не добродетель, если оно разрушает вас изнутри. Жить «ради детей», «ради приличия» или «по привычке» — значит не жить вовсе. Одиночество вдвоём намного страшнее, чем одиночество в пустой квартире. В пустой квартире есть хотя бы свобода и тишина, а в мёртвом браке — только ощущение, что вы заживо похоронены рядом с посторонним человеком. Не бойтесь менять жизнь, даже если вам 40, 50 или 60. Страшно не развестись. Страшно оглянуться в конце пути и понять, что вы так и не были счастливы ни одного дня.
А как вы думаете: лучше «худой мир» и полная семья ради детей, или честный развод?