Как-то утром Вероника предвкушала предстоящую поездку в горы. Настроение у нее было замечательное. Но вдруг раздался телефонный звонок. Это была Галина, двоюродная сестра матери.
– Тетя Галя, как же я рада Вас слышать! – воскликнула Вероника.
Однако тетка совсем не разделяла радости племянницы. Она строго, даже грубо отчитала Веронику за жестокое обращение с матерью.
– Она в лохмотьях побирается у магазинов! – возмутилась Галина. – Как тебе только кусок в горло лезет, когда твоя мать живет в нищете и голодает!
Пыталась Вероника оправдываться, да тетка не давала ей и слова сказать. Обвиняла в равнодушии и жестокости.
Думала девушка, что преувеличивает тетя Галя. Мать, конечно, чересчур подчеркивает свою бедность. И все же вряд ли она дошла бы до такого позора.
Решила Вероника все же навестить свою мать. Да только пока поднималась в родительскую квартиру, соседку встретила. И она тоже напустилась на девушку.
– Приехала на шикарной машине, посмотрите на нее! – возмутилась баба Люся. – Мать с отцом ее вырастили, во всем себе отказывали, а она вон какая выросла!
Бесполезно было что-то доказывать сердитой соседке. Продолжила Вероника подниматься в материнскую квартиру, а вслед ей доносились крики бабы Люси.
Дверь девушке открыла старая худая женщина, лишь отдаленно напоминающая ее мать. Она обняла дочь и сказала, что напоит ее чаем. В ужасе смотрела Вероника, как мать выжимает чайный пакетик, который уже заваривался много раз. А к чаю Наталья подала дочери черствые пряники.
– Мама, ну так ведь жить нельзя, – со слезами произнесла Вероника, не прикасаясь к «угощению».
– Брезгуешь, значит, простой пище, – горько усмехнулась мать и откусила кусок старого пряника.
– Мамочка, прошу тебя, – взмолилась дочь, – давай все поменяем! Сделаем тебе хороший ремонт, я отведу тебя к замечательному стоматологу. И к парикмахеру. Ты у меня красавица будешь!
Однако Наталья качала головой. Она все твердила, что хочет жить по-простому, по-честному.
Рассказала Вероника о том, что друзья и родственники стыдят ее за то, что мать живет в нищете. Но это не тронуло женщину.
– Вот и хорошо, – кивнула она, – значит, зависти меньше будет.
Долго смотрела Вероника на мать. Она больше ничего не говорила. Молчала даже тогда, когда Наталья достала из коробочки старые лекарства еще тех времен, когда Вероника училась в институте. Не проронила ни слова, когда мать достала куриные лапки из холодильника и поставила варить бульон.
– Живи, как знаешь, мама, – прошептала девушка и направилась к выходу, – я сделала все могла.
Наталья неодобрительно посмотрела на изящные сапожки, которые дочь торопливо застегивала в прихожей. С легким презрением хмыкнула, когда Вероника заказывала такси. Ни слова не проронила, когда дочь вышла из квартиры, прикрыв за собой дверь.
***
Чтобы примириться с своей совестью Вероника ежемесячно переводила матери сумму, которая равнялась ее пенсии. Что делала Наталья с этими деньгами, она не спрашивала. Раз в неделю дочь звонила матери лишь для того, чтобы услышать, что она жива.
Но однажды мать не ответила. Вероника сразу же поехала к ней домой и потребовала взломать дверь. Экспертиза показала, что Наталья умерла утром.
На похоронах были родственники и знакомые матери. Ни один из них не произнес и слова сочувствия плачущей дочери. В глазах людей, которые пришли проститься с Натальей, было презрение к Веронике. С негодованием смотрели они на ее дорогое траурное одеяние и шептались между собой.
Веронику обнимал ее муж. Она плакала по своей ушедшей матери. Плакала и по отцу. Грустила она оттого, что родители так и не поняли, что жизнь может быть приятной, сытой, счастливой.
А тихое негодование присутствующих девушку не трогало. Она знала, что сделала все, что смогла.
Автор: Ирина Ас.