– Что, уже спит? – испугался он и снял шапку. Его светлые волосы растрепались, и уже проглядывали наметившиеся залысины, несмотря на относительно молодой возраст.
– Легла уже, хотя может и не спит. Ты же днем обещал приехать, – напомнила женщина, – она весь день тебя ждала.
– Прости, не успел. Работа…
Горькая усмешка появилась на её лице. – Да-аа, Рогалёв, у тебя как всегда: сначала работа, потом все остальные.
Он промолчал. Столько раз за их совместную жизнь слышал от Тамары эти слова… и только когда развелись и разъехались, понял свою бывшую жену и не обижался. Он, действительно, трудоголик, какой-то супер-ответственный что ли. Даже когда кажется, всё прошло отлично, у него появляются сомнения, и он отдает всего себя своим пациентам.
– Ладно, проходи, сейчас я её позову. – Она вошла в спальню. – Света, вставай, папа приехал тебя поздравить.
– Не хочу! – Услышал он обидчивый голос дочки. – Он обещал днём! Я ждала, ждала, а он не приехал, так нечестно…
– Света, не хорошо так себя вести, выйди, папа ждет.
– Не пойду! – Закричала девочка и заплакала.
– Перестань, что это такое? Выйди, поздоровайся!
– Не пойду, не пойду, не пойду!
Из кухни вышла тёща Рогалёва. – Здравствуй, Костя, – сказала она. – Подожди, я выведу её, или лучше сам зайди в комнату.
– Здравствуйте, Анна Фёдоровна, с наступающим вас. Там подарки для всех, вы разберите их… а я поеду.
– Погоди, я её выведу, – сказала Анна Фёдоровна.
– Не надо, лучше успокойте Свету, не надо её заставлять… я уж в другой раз, сам виноват.
Он вышел на улицу. Снег перестал. Посмотрел на светящиеся окна и впервые за эти сутки почувствовал навалившуюся усталость. Захотелось что-то сделать, как-то снять напряжение, он даже пожалел, что не курит. Ему и на работе после сложных операций говорили: – Николаич, курни, легче будет. Но он некурящий.
Он стоял минут десять, потом взглянул на часы, сел в машину и отправился домой. И снова сто пятьдесят километров. Он старался не гнать машину, но все же хотелось попасть домой к бою курантов. Мать ведь ждет.
****
– Светлана Константиновна, восхищаюсь вами, – сказал молодой коллега, недавно окончивший медицинский институт, – оперировать вместе с вами – большая удача.
– Игорь Олегович, вы мне льстите, – снимая перчатки, ответил доктор, – всё как обычно. Но вам надо учиться. Практика, практика и еще раз практика.
– Я готов! Я готов хоть сутками стоять за операционным столом.
– Ну, пока это ни к чему, однако выносливость нам не помешает.
Её дежурство закончилось, и можно было ехать домой. А она осталась ещё на пару часов. И все знали, что Светлана Константиновна Андриановская никогда не оставит больного, если есть хоть малейшие сомнения.
Муж и сын ждали дома. Сумки были собраны, машина стояла во дворе на парковке.
Всего сто пятьдесят километров. Погода морозная, дорога хорошая, доехали за пару часов, даже меньше.
Вот знакомый дом, знакомый подъезд, знакомая дверь.
Сначала вошёл сын Андрей, потом муж Вадим, а потом уже она. Пятнадцатилетний Андрей обнял деда, и Константин Николаевич, растроганный, обнимал любимого внука.
Светлана смотрела на них и понимала, что вот они – счастливые минуты. Видеть, как дед и внук обожают друг друга – даже ради этого стоило родиться.
Каждый год они семьей приезжают к отцу перед самым Новым годом, чтобы поздравить. И только один раз, когда Света была маленькой, она не захотела видеть отца. И она помнит этот случай, не понимая, что на неё тогда нашло. Ведь отец стоял за дверью её комнаты, он был так близко, а она не вышла. Так бывает: вроде рядом, а будто на огромном расстоянии друг от друга.
А теперь, когда она, детский хирург со стажем, снискавший уважение коллег и родителей спасенных детей, близка к отцу как никогда.
Её никто не уговаривал, она сама решила поступать в медицинский, удивив тем самым мать. И даже отец не сразу принял её решение, понимая, насколько сложная и ответственная работа предстоит. А она настояла на своём. И не ошиблась.
Отец ей многое рассказывал, когда училась, подсказывает и сейчас, именно он – ее главный наставник, ее учитель и друг. Он – её папка. Она так и зовет его: папа, папочка, папка мой.
– Ну, здравствуй, дочка, – почти растерявший все волосы, постаревший Константин Николаевич Рогалёв обнимает любимую дочку. Теперь он кандидат медицинских наук, завотделением. Он оперирует меньше, но очень много консультирует, и приезжает, на работу, порой, когда должен отдыхать.
Уже много лет у него другая семья. И у Тамары, бывшей жены, тоже много лет другой муж. И по традиции Света с мужем и сыном поздравляют перед Новым годом маму, а потом едут поздравить папу. Ведь Света, их дочка Света – она общая. «Мой луч Света», – называет её Константин Николаевич, – моя гордость, – рассказывает он коллегам. И ведь надо же, бывает ведь так: Света такая же ответственная как и отец.
И мужа Света выбрала себе под стать – такого же увлеченного. Только он офтальмолог. Ну, а сын Андрей пока еще не определился. Зато очень сильно любит деда.
