Когда-то он услышал, что надо предоставлять ребенку всё, что он хочет, чем интересуется. Если этот интерес безвредный. Он и предоставлял как умел.
Хорошо, что она не хочет дорогую машину – усмехался он, поглядывая на читающую девочку.
Была у Яны особая примета – родинка на шее сзади, под волосами, в виде сердечка.
Боженька поцеловал – думал Николай растроганно. Так оно, видимо, и было…
Прошли годы.
Яночка выросла. Родителям было очевидно, что в деревне ей не стоит жить. Ни доярки, ни скотницы из нее не выйдет. Да и женихов подходящих нет.
Надо в город! – решили родители. – Учиться!
И она поехала. Выбрала быстро, не думая – Литературный институт.
Она ведь всю жизнь мечтала писать книги для детей.
Поступила легко. Не зря она все детство читала и писала.
И потом тоже – учеба шла без сучка и задоринки. Родители радовались ее успехам.
На втором курсе она уже стала подрабатывать – сочиняла стихи и рассказы для детских сборников. Однажды ее книжку детских сказок издали и она хорошо продавалась.
Родители гордились!
Она точно поступила туда, куда ей было нужно. По велению души и способностям. Да и городская жизнь ей подошла – она ходила в музеи, театры, подолгу сидела и работала в огромной городской библиотеке.
Никогда она была она так счастлива.
С преподавателями ей тоже повезло.
Куратором курса была Амалия Петровна – хрупкая светловолосая женщина лет сорока. У нее были грустные голубые глаза и изысканные манеры.
С первых же дней она стала выделять Яну из всех. Они начали общаться.
Однажды Амалия Петровна пригласила Яну домой. Она жила одна, в просторной старинной квартире, все три комнаты которой были битком набиты книгами. До самого высоченного потолка…
– Почему вы… живете одна? – с трудом осмелилась спросить Яна в разговоре. Вопрос дался ей нелегко. Он был нескромный.
Но слишком уж сильно разбирало ее любопытство.
– Просто не хочу никого рядом. Люблю быть одна. А ты приходи, – улыбнулась Амалия Петровна. – Мне с тобой хорошо.
Я Яна приходила к ней регулярно. Они читали и обсуждали книги, спорили и пили чай и снова читали книги… даже готовили иногда.
Окружающие говорили об их легком внешнем сходстве.
– Вы как сестры, – пошутил однажды ректор.
На выпускной Яна пришла в красивом платье и с высокой прической.
Амалия Петровна тоже сделала высокую прическу, которая обнажала ее изящную шею…
Когда обе стояли и беседовали, к ним подошел ректор с бокалом игристого.
А, сестрички, – сказал он несколько развязно. – У вас даже родинки на шее одинаковые! Сердечком! Чудеса! – и прошел дальше.
Яна и Амалия Петровна ошарашенно посмотрели друг на друга.
Амалия Петровна посмотрела на шею Яны и изменилась в лице.
– Нам надо поговорить наедине, – сказала она, помолчав. – Давай выйдем на воздух…
Обе женщины вышли в скверик перед зданием Университета и уселись на лавочке.
– Расскажи мне всё, что ты знаешь о своих родителях, – попросила Яну сказала Амалия Петровна.
Яна все рассказала.
Ее нашли в лесу. Выросла в деревне. Мать называла ее Снегурочкой.
Амалия Петровна заплакала и рассказала ей историю, которая случилась лет 20 назад.
Она росла у очень деспотичных родителей, которые контролировали каждый ее шаг.
Отец был деканом Литературного. Естественно, дочка училась в Литературном.
Был у них на курсе единственный юноша из далекого городка на Севере страны – Борис. Прекрасный, тонко чувствующий и очень талантливый.
Молодые люди полюбили друг друга.
Это было очень сильное чувство. Они скрывали его от окружающих, но наступила беременность…
Борис хотел жениться на Амалии, но её отец пришел в такую ярость, что по его жалобе Бориса мгновенно выгнали из учебного заведения и он сразу же попал в армию.
Там он через год погиб от несчастного случая. Ей пришло письмо от его сослуживца.
Отец же, опасаясь позора, уехал с беременной дочерью в глухую деревню, снял дом и жил несколько месяцев. А когда она родила, он сразу после родов унес ребенка. Вернулся через час, мрачный и молчаливый. И почему-то без куртки.
Сказал только, что определил ребенка куда следует. На ее робкие расспросы он молчал.
Она была в таком шоке от случившегося, родители имели такое влияние на ее жизнь, что искать ребенка она начала через несколько лет, после смерти родителей.
Они ушли буквально в один месяц. Сердечный приступ у одного и у другого.
Но ее поиски были безуспешны. Ни в один Дом ребенка в эти дни не поступал ребенок из этой местности.
Она потеряла надежду.
И с тех пор жила одна. Отношения с мужчинами были ей неприятны. В сердце по-прежнему жил Борис
Амалия Петровна – или лучше называть ее мама – обнимала ошарашенную Яну… Они молчали.
– Скажи пожалуйста, можно ли поговорить с твоими родителями? – спросила Амалия Петровна дрожащим голосом.
На следующий день обе на маленьком автомобильчике Амалии отправились к родителям Яны.
Татьяна сначала встретила гостью немного враждебно, но при виде двух одинаковых родинок (раскрылось всё из-за родинки) расплакалась и рассказала, где и как нашла ребёнка.
Все сходилось. Амалию отец привез в деревушку неподалеку, до оврага было около получаса ходьбы. Куртку отца Амалия узнала тоже. Татьяна и Николай сохранили эту вещь на всякий случай.
Так у Яны появилось две матери.
Но самое удивительное случилось через два месяца.
К Амалии вернулся Борис.
Всё это время он служил в дальнем гарнизоне на Севере страны. Он так и не женился – продолжал любить Амалию.
Ее родители написали ему, что ребенок родился мертвым, а она вышла замуж за другого и ничего не хочет о нем слышать.
Он поверил. Поэтому не стремился никуда уезжать. Думал так и прожить жизнь на Севере. В одиночестве.
Но что-то заставило его вернуться в город, где он учился.
Он на негнущихся ногах пришел к институту, в котором он нашел любовь…оттуда как раз выходили две женщины, так похожие на сестер. С абсолютно одинаковыми родинками на шее.
Остальное рассказывать нечего.
Кроме одного: через два года у Амалии родилась еще одна светловолосая девочка. На этот раз – без родинки.
Она часто проводила время в деревне, с бабушкой Татьяной и дедом Николаем.