…

– Я нашла твою бабушку, – произнесла женщина. – Попробую с ней поговорить. Возраст у нее еще нормальный, если согласится и условия позволяют, то ей дадут опеку.
Света напросилась ехать с ней. Хоть она бабушку свою и не знала, она надеялась, что она ее не прогонит. Ей бы всего пару лет переждать, а потом она станет свободна.
Дверь им открыла женщина лет шестидесяти. Красивая, статная.
– Что вам нужно? – спросила она.
– Антонина Михайловна? – уточнила бывшая воспитатель Светы.
– Да, это я.
– Вы моя бабушка, – встряла девочка. Ну а что вокруг да около ходить?
– Что?
– Я дочь вашего сына.
– Ясно. И чем я тебе могу помочь? – Антонина Михайловна сохраняла невозмутимость.
– Мы можем поговорить? – не дала Елена Викторовна снова что-то ляпнуть Свете.
– Ладно. Но недолго. Мне нужно на работу собираться.
Антонина Михайловна налила им чай. Порой, она смотрела на Свету, как на какого-то инопланетянина. Но сама ей ничего не говорила.
А Елена Викторовна тем временем описывала всю ситуацию.
– Понимаете, вашу внучку, скорее всего, снова заберут в детский дом. Но вы можете взять опекунство.
– А мне это зачем? – спросила Антонина Михайловна.
– Ну… – Елена Викторовна смутилась. – Она же ваша внучка.
– Я ее не знаю. И, если честно, не горю желанием знать. Мой сын в свое время немало мне нервов помотал. Я бы хотела забыть все, что с ним связано.
– Поймите, Света сейчас живет в ужасных условиях, вы бы могли…
Девочка не дала договорить своей воспитательнице.
– Антонина Михайловна, вы меня не знаете, я вас тоже. И, если честно, также не горю желанием узнать. Не поверите, но я бы тоже хотела забыть своих родителей, как страшный сон. И я бы уже сейчас начала это делать, но по закону я не могу. Маленькая еще. Однако, я могу вас уверить, что мне от вас ничего не нужно. Кроме пары бумажек и разрешения пожить у вас до совершеннолетия. Я оканчиваю девятый класс, а потом пойду работать. Конечно, я планирую продолжить учебу, когда встану на ноги. Но сейчас нужны деньги. Я буду сама себе все покупать, вплоть до еды. Деньги, которые вам будут платить за опеку надо мной, станут вашей прибавкой к пенсии. Я на них не претендую. Мне нужно разобраться с этой бюрократией, и если бы у меня были другие родственники, то я к вам бы не обратилась.
Елена Викторовна исподтишка показала Свете кулак. Мол, зачем встряла. А вот Антонина Михайловна, казалось, была впечатлена.
– А еще говорят, что у алкоголиков всегда дети умственно отсталые. Но это явно не тот случай. И что же, ты просто поживешь у меня два года, а потом уедешь?
– Обещаю, – проговорила Света.
– Ладно. Я согласна. Но есть несколько правил: не называй меня бабушкой, не трогай мои вещи, не води своих друзей в мой дом. Ясно?
– Вполне.
Елена Викторовна поговорила с кем надо, и к маме Светы снова пришли с проверкой. И в этот раз все же обратились в суд с заявлением о лишении родительских прав. А Антонина Михайловна, заполнив все документы, стала опекуном Светы.
Хоть Света и хорохорилась, ей было все равно страшно. Ей еще два месяца учиться в школе, денег у нее нет. А что, если ее бабушка и впрямь не станет ее кормить?
Но Антонина Михайловна в первый же вечер позвала Свету к столу. Давно уже девочка не ела такой вкусной еды. Настоящей, домашней.

Мама-то особо не готовила, ей просто не до этого было. А сама Света толком и не умела. Да и трудно научиться, когда дома чаще всего нет никаких продуктов.
На следующий день Антонина Михайловна, взглянув на рваные Светины кроссовки, тяжело вздохнула.
– Сегодня я встречу тебя после школы. Купим тебе нормальную обувь и одежду, – проговорила она тоном, не терпящим возражения.
– У меня денег нет, – буркнула Света.
– Я все оплачу. Мне проще потратиться, чем позориться.
Света лишь кивнула. Что ж, она не против.
Антонина Михайловна накупила ей кучу вещей. Свете даже неловко было. Притом, она даже интересовалась ее мнением, хотя Света думала, что ей право выбора не дадут.
Неделю спустя Антонина Михайловна подозвала Свету к себе.
– Как у тебя дела с учебой?
– Да нормально, – пожала Света плечами.
– Покажи мне свой дневник.
– Он у нас электронный, – сдерживая улыбку, проговорила девочка.
– Господи… У нас в стране, вроде, дефицита бумаги нет… Ладно, показывай свой электронный.
Свете не стыдно было продемонстрировать оценки. Училась она и впрямь хорошо, довольно рано девочка поняла, что никто не станет оплачивать ей учебу и пристраивать на работу. Всего придется достигать лишь своим умом и стараниями.
– Молодец, – проговорила Антонина Михайловна. А Света даже смутилась. – С такими оценками нужно идти в десятый класс, а потом в ВУЗ поступать.
– Это если есть родители, которые будут тебя содержать, – скривилась Света. – У меня ситуация другая.
– В общем так, – Антонина Михайловна откашлялась, как перед серьезным разговором, – пойдешь в десятый класс. Жить будешь у меня. До института, ясно?
– Ясно…
Света не верила своему счастью. Она и сама хотела продолжить учебу в школе, да вот только возможности не было. А сейчас появилась.
Постепенно, стена между Антониной Михайловной и Светой рушилась. Бабушка все больше интересовалась жизнью внучки, иногда спрашивая и про своего сына. Но как бы мимолетно, видимо, ей было стыдно признать, что она хочет про него что-то знать.
Света окончила школу, сама смогла поступить в ВУЗ. Правда, Антонина Михайловна наняла ей репетиторов, и в последние два года перед институтом, Света подтянула все своих хвосты.
На лето перед ВУЗом Света нашла работу. Хоть ей и дали общежитие, она понимала, что нужно будет на что-то жить. Ведь так они договорились с Антониной Михайловной, что она съедет, как окончит школу.
А в самом конце августа Антонина Михайловна попала в больницу. Инфаркт.
Света тогда вернулась домой и обнаружила ее на полу без сознания. И очень испугалась, думала, что она умерла.
К счастью, все обошлось. Когда Свете разрешили навестить Антонину Михайловну, она тут же примчалась в больницу.
– Бабушка, – влетела она в палату. – Ты как?
А потом осеклась.
– Простите… Антонина Михайловна, как вы себя чувствуете?
Женщина улыбнулась и погладила свою внучку по волосам.
– Зови меня бабушкой. Это, оказывается, приятно. Я в порядке, да вот только восстанавливаться буду долго. Но, ничего, справлюсь.
– Я буду за тобой ухаживать! Пока ты не поправишься окончательно, поживу с тобой!
– Не хочу быть обузой, – поджала губы Антонина Михайловна.
– Я была твоей обузой два года. Внучка, которая свалилась тебе на голову. И ты столько всего мне дала, сколько не дала моя мать за все мои годы. И я позабочусь о тебе, хочешь ты того, или нет.
Антонина Михайловна сделала глубокий вдох, пытаясь сдержать слезы.
– Ладно. Но есть условие.
– Какое? – улыбнулась Света.
– Ни в какое общежитие ты не поедешь. Там черти что творится! Будешь жить со мной.
– Договорились, – согласилась Света, а потом обняла свою бабушку. Давно уже хотела это сделать, да все никак не решалась.

Автор: Юля С.