…

— Ой, простите, — засуетилась Аня.

Сергей, услышав ее очередное извинение, закатил глаза, а девушка, заметив это, улыбнулась. Я поняла, что Сережа уже одобрил выбор сына и безнадежно вздохнула.

Когда в наших кружках дымился ароматный чай, а Сережа уже жевал третье по счету печенье, собственного приготовления, между прочим, что не часто встретишь у современных молодых хозяек, и я точно знаю, что мой сын не мог сам его испечь, из магазина вернулся Ваня. Сын с понурым видом выгрузил на стол продукты. Однако я заметила в его глазах какой-то стальной блеск, что-то новое, такое чисто мужское. Мне даже показалось, что я больше не в праве что-либо указывать этому мужчине, моему взрослому сыну.

— Итак, вы решили пожениться? — спросил муж, когда мы все сели за стол.

— Да, и это не обсуждается, — твердо произнес сын.

— Согласен. Только хочу знать, что является причиной такой спешки? Вы ждете еще одного ребенка?

— Нет, что вы! — интенсивно замотала головой Аня и даже покраснела. В мою голову закралась мысль, совершенно бредовая, конечно. Мне показалось, что отношения между этой девушкой и моим сыном, вполне возможно еще не перетекли в стадию, при которой могут появиться дети. Это было совершенно невозможно, но…

— Тогда что заставляет вас спешить со свадьбой?

— Иначе Мишку заберут в детдом, — опустив глаза, пояснила Аня.

— Почему ребенка могут забрать? — строго спросил Сергей.

— Потому что его мать умерла, — почти шепотом пояснила Аня и ее губы задрожали.

— Аня, ты не обязана ничего объяснять! — взвился Иван. — Мама и папа, я бы попросил вас осознать и принять лишь то, что я сообщил вам по телефону. Остальное наше с Аней дело!

— Ваня, подожди, — перебила сына Анна. — Если мы с тобой сейчас вместе, то твои родители и моя семья. Я не буду скрывать от них обстоятельства своей жизни, это не правильно.

Девушка замолчала, а мы с Сергеем переглянулись.

— Аня, разве Миша не твой сын? — решилась спросить я.

— Нет, что вы! Миша мой родной брат, ну по маме, отцы у нас разные.

В этот момент я готова была расцеловать всех на свете! Но сдержалась, даже виду не подала. А Аня, тем временем продолжила свой рассказ:

— Моя мама умерла в тюрьме, у нее был врожденный порок сердца. Говорят, она, итак, довольно долго прожила с таким диагнозом. К тому же судьба моей мамы была не самой легкой. Просто у нее был взрывной характер, я так считаю.

Анечка отхлебнула из кружки чай и тяжело вздохнула. Слова давались ей непросто. Но она все равно продолжала говорить, хотя Ваня несколько раз пытался прервать ее, да и мы с Сергеем тоже, видя как девушке тяжело.

— Первый раз мама попала в тюрьму, когда после ссоры с моим отцом, сбила насмерть старушку на пешеходном переходе. Об этом даже в газетах писали. Когда маму посадили, отец забрал меня, и мы стали жить отдельно. Еще до того как мама вышла из тюрьмы, отец снова женился. Я не осуждаю его за то, что он бросил маму в сложное для нее время. Мама непростой человек и отцу было с ней тяжело. Новая жена папы, Татьяна, очень мягкосердечная и у нас с ней чудесные отношения. Так что возможно моя жизнь была такой благополучной именно, благодаря поступку отца. Они с Татьяной вырастили меня, и именно их я по-настоящему считаю своей семьей.

Аня снова ненадолго замолчала. Я видела, как они с Ваней взялись за руки под столом и, вдруг, осознала, что худшее в ее рассказе еще впереди.

— Три года назад моя мама влюбилась, совершенно потеряла голову. Денис был моложе ее на целых десять лет. Потом у них родился Мишка. Я радовалась появлению братика и часто гостила у них. При мне в их семье не было никаких ссор, но соседи потом на суде сказали, что постоянно слышали их ругань, бой посуды и подобное. Однажды, как я узнала позднее, мама и Денис сильно поссорились, насколько я поняла, мама приревновала его к кому-то. Во время ссоры мама толкнула Дениса. Он пошатнулся, запнулся за покрывало и упал, ударившись головой об угол журнального столика. Через два дня Денис скончался в больнице, а маму арестовали.

Аня втянула воздух и добавила, как бы торопясь произнести эту фразу:

— Мама умерла еще в следственном изоляторе, так и не дождавшись суда. Ее сердце просто остановилось. Прошу вас об одном, не судите строго мою маму! Она просто была словно колибри, яркая, непоседливая и неуправляемая. Но я все равно очень ее любила.

— Теперь ты нас прости, Аня, — произнес Сережа, как только девушка замолчала. — За то, что тебе пришлось все это нам рассказывать, прости. Но ты права, мы теперь семья и должны поддерживать друг друга.

Стыдно признаться, но в тот момент мне хотелось завопить: «Что же ты творишь, сыночек! Ванечка, родной, опомнись! Не нужна нам такая родня! У нас в родстве отродясь уголовников не было!». Да только я вовремя себя остановила, потому что перед глазами всплыла четкая картинка, как я стою в свадебном платье, а мама продолжает рыдать возле меня, пытаясь отговорить от свадьбы с Сергеем. Я мысленно отхлестала себя по щекам, приговаривая: Нельзя, Марина, судить о людях по их родителям! Тебе ли этого не знать!». Внутреннее избиение себя любимой сотворило чудо. Потому что в голову пришла совершенно бредовая, но такая офигительная идея. Я посмотрела на мужа и увидела, что он улыбается. Догадался, стало быть! И, стало быть, согласен!

Сережа, как бы в подтверждение моих мыслей, утвердительно кивнул и сказал:

— А как вам ребята такой вариант? Мы с матерью оформим опеку над Мишей, а вы пока повремените с созданием семьи и продолжите учебу.

— Как это? — посмотрела на него Аня.

— Папа, перестань! — воскликнул Иван.

— Мишке в деревне хорошо будет, сам помнишь, какое детство у тебя было. А, если захотите, всегда сможете его забрать.

— Нам с отцом без тебя Ванька скучно стало, мы с удовольствием о Мише позаботимся.

— Вам что Машки мало? — усмехнулся Иван.

— Твоя сестра теперь все больше парнями интересуется, чем родителями.

— Аня, — я посмотрела ей в глаза, — решать только тебе.

— Да как же я могу на вас возложить такую ношу? Даже мой отец с Татьяной не согласились его к нам взять.

Мы и не заметили, как проснулся сам виновник спора. Сполз потихоньку с дивана, притопал на кухню и уже протягивал ручонки, не к кому-нибудь, а к Сергею.

— Ох, какая тяжелая ноша, — шутливо воскликнул Сергей и поднял на руки Мишутку.

— Отец, а ты еще ничего, тянешь на отца, а вовсе не на деда, — рассмеялась я.

— Погоди, — погрозил он мне кулаком и, наклонившись к самому уху, шепнул, — покажу тебе ночью деда.

Дети еще немного поартачились, но все же согласились с нашим решением, забрать к нам Мишу. С оформлением опеки, как ни странно, никаких проблем не возникло. Женщина, что помогала нам, сказала, что сейчас не редкость, когда семьи нашего возраста берут к себе малышей. Свои дети взрослые, а нерастраченной родительской любви и нежности еще вагон. У нас так точно еще было дополна этой самой энергии, мы с Сережей оба словно родились заново, заботясь о Мишутке. Я когда ночами к нему вставала, не одну слезу пролила, радуясь своему нежданному счастью.

Мама только, как всегда, ругала нас за такое решение. Ругала то, ругала, а сама крепче всех полюбила Мишку, ну и он ее.

— Ох, Марина! Что же вы творите! — причитала мама и тут же, обращаясь к Мишутке, сюсюкала, — А чьи это глазки у нас закрываются, кто это хочет баиньки?!

А потом опять:

— О чем вы только думаете, Марина! А чьи это такие маленькие пальчики запачкались?! Ох, не знаю, как вы теперь будете? А где же мой Мишутка, куда он спрятался?!

Автор: СветланаЮферева