Можно было лечь и меряться уровнем боли и степенью несчастности, а можно было забрать детей и уйти в дождливую ночь на немилую, но спасительную для меня прогулку.
А неделю назад, когда он лежал с температурой, я тоже самое сделала для него. То есть для себя, ведь его выздоровление – это мой приоритет.
Три года назад, я, глубоко беременная, вела свадьбу. Заказчики-молодожены хотели “только тебя”, поэтому мой живот, который появлялся в зале раньше меня, их не смущал.
В день моего мероприятия у мужа был корпоратив и церемония награждения, на которой ему должны были вручать какую-то благодарность. Утром я гладила ему рубашку и долго подбирала галстук.
Вечером я прислала ему свою фотографию, где я нарядная, красивая, с мейком , рядом с молодоженами. Мол, полюбуйся, муж, какая я красотка, хоть и с животом.
– Ты что, на каблуках? – спросил муж. Он знал, что на последних стадиях беременности у меня отекают ноги и на каблуках особенно тяжело.
– Да, это же свадьба. Не могу же я в балетках и с капельницей магнезии вести торжественное мероприятие, – отвечаю я.
– А балетки с собой хотя бы? Или ты так и пришла, без сменки?
– Без сменки, – вздохнула я. Я вообще вот в таких бытовых делах не продуманная совсем. Забыла балетки.
Через два часа я увидела мужа, который бросил свой корпоратив, заехал домой за моими босоножками на плоской подошве, и привез мне.
К тому моменту я практически взвыла на каблуках, и была страшно рада видеть мужа.
– А как же твоя награда? – спросила я, переобуваясь. Я переживала за мужа, что он из-за меня пропускает что-то важное для него.
– Вот моя награда, – пробурчал он и кивнул на мой живот.
Семья – это когда приоритеты расставлены в сторону партнера, и тебе самому от этого хорошо.
У каждого из нас по-прежнему своя правда, но мы ее больше не втолковываем друг другу, потому что быть счастливыми нам теперь важнее, чем быть правыми.
Ольга Савельева