Егор придёт с работы и докажет свою правоту. Смысла разбираться с этой Мариной или что-то требовать от неё не было.
Нина постояла ещё какое-то время, сказала, что оставаться здесь не собирается, только вещи свои хотела взять, надеялась, хоть что-то осталось.
Марина с облегчением выдохнула и побежала на балкон. Потом выволокла в комнату картонную коробку и сказала, что это всё Нины, пусть скажет спасибо, что не выбросили.
Женщина вышла с этой коробкой на улицу. Реветь хотелось, но смысл? Лет прошло, ничего от прежней жизни не осталось. Покопалась в коробке, там лежало пару курток, ещё какая-то ерунда. Хоть старое всё, но на первое время очень нужное. Когда на новое заработает, неизвестно. Предстоит начинать всё с нуля. Позвонила подруге, Таня сразу ей такси вызвала. Нине не верилось, что это всё с ней произошло. Семь лет пролетели как один день. Это сейчас, сидя подъездом и ожидая такси, ей так кажется. А все эти годы было совсем другое ощущение.
Каждый день растягивался как жевательная резинка, долго пережёвывался, вначале обжигая рот гремучей смесью, потом безвкусно и нудно, вечером выплёвывался. Много раз женщина размышляла о том, как такое с ней случилось, кто это сделал и почему? Ответов она не находила.
Это случилось 7 лет назад. Она только вышла замуж. Целых года они с Егором к этому шли, как будто через колючие кусты пробирались. Сначала квартиру снимали, потом купили свою. Нина продала дом в деревне, а Егор ездил на заработки. Потом отец продал свою машину, чтобы помочь ему. Как свекровь бесилась из-за поступка мужа! Она же ненавидела девушку сына. Со свёкрами у Нины были отношения непростые. Мать Егора её ненавидела, а отец относился хоть и нейтрально, но хотел, чтобы сын был счастлив. Не зря же машину продал, чтобы добавить денег на квартиру, несмотря на возражение жены поступил так, как считал нужным. Но в остальном никаких нежных чувств к Нине у обоих свёкров не было. На свадьбу они подарили конверт с деньгами курам насмех. Но свекровь сказала, что та проданная машина – это в счёт свадьбы была, они не миллионеры. Егор с Ниной ничего против не имели, не из-за подарков же женится. Хотелось бы, чтобы семейная жизнь ничем не омрачалась. Но через неделю после свадьбы неожиданно скончался отец Егора. Все были в шоке. Здоровый мужик, никогда не жаловался на здоровье. Более того, совсем недавно на работе заставили пройти медкомиссию. И тут такая трагедия.
Естественно, была экспертиза.
И было установлено, что свёкр отравился ядом. А дальше начался персональный кошмар для Нины. Елена Николаевна считала, что эта невестка отравила её мужа, ещё и придумала причину, ненавидела его за то, что он отказался оформлять на себя кредит. За уши притянутое обвинение. Действительно, когда молодые покупали квартиру, Егор просил отца оформить на себя кредит, не хотел свои сбережения тратить, планировали ремонт делать. Сам Егор не мог на себя оформить, ему не давали, а Нина только устроилась на новую работу. Отец только свою старую машину предложил продать, но этой суммы не хватало. В итоге они купили квартиру подешевле, но тоже нормальную. И свекровь это вспомнила, а также начала обвинять невестку в том, что она якобы давно глаз положила на их имущество, может, она всех хотела потравить, чтобы квартира свёкров и все сбережения перешли ей. Полиция и начала проверять Нину. В итоге пакетик с остатком отравляющего вещества нашли в её куртке за подкладкой. Девушка понятия не имела, как он там оказался, никого отравить она не собиралась, бред какой-то. Но её вину доказали, и суд вынес приговор – лет колонии общего режима. Самое обидное, что муж этому поверил. Она ведь никогда слова плохого о его родителях не говорила.
Сложно было осознавать, что муж считает её убийцей, а в остальном смирилась. Нина одна ничего не могла сделать, нет у неё ни влиятельных друзей, ни денег, чтобы доказывать свою невиновность. У неё даже догадок не было, кто мог её подставить. Только свекровь её ненавидела, но ведь не могла же Елена Николаевна только ради того, чтобы избавиться от невестки, погубить своего мужа.
Егор хоть и отвернулся от неё, но на развод не подавал, и у Нины была маленькая надежда, что у них всё наладится.
Но потом подруга проговорилась, что муж нашёл другую. Вот теперь женщина убедилась, что это так, живут вместе. А почему не развелся, стало понятно, когда Марина проговорилась.
Муж надеялся, что жена не переживёт зону. Как такая скромная и тихая Нина может выжить в тюрьме?
Думал, что загнётся, то ли сама, то ли зечки помогут, помрёт, и квартиру делить не придётся. Решил, что просто вступит в наследство и получит целую квартиру. Это привлекательнее, чем развестись и получить только половину. Мудрое, но мерзкое решение.
Нина окончательно спустилась с небес на землю. На мужа можно не надеяться, он уже давно строит свою жизнь с другой женщиной. Немного вмешалась в его планы жена, придётся имущество делить, но вряд ли это как-то скажется на их отношениях.
…Нина решила не откладывать.
Не плакать. Не устраивать сцен. Не вырывать волосы Марине и не царапать дверь, за которой ещё вчера была её жизнь.
Она попросила Таню привезти её к знакомому адвокату — тому самому, который когда-то пытался помочь, но тогда у Нины не было ни сил, ни денег бороться.
Теперь было только одно — правда. И жажда дожить до неё.
Адвокат слушал внимательно, не перебивая.
— Вы уверены, что пакет нашли именно в вашей куртке?
— Да.
— Куртка где хранилась?
— В прихожей. У свекрови я тогда была — после похорон.
Он прищурился.
— То есть доступ к ней имели все?
— Наверное…
— А экспертиза на отпечатки была?
Нина покачала головой.
— Мне сказали — вещество редкое, найти сложно, хранить опасно. Следствие торопилось.
— Торопилось, — тихо повторил адвокат.
Он поднялся.
— Давайте поднимем дело.
Через неделю Нина подала заявление о пересмотре.
А ещё — о разделе имущества.
Егор получил повестку в суд в понедельник.
И во вторник, возвращаясь с работы, он вставил ключ в замок и… замер.
Замок был другой.
Дверь открылась сама.
В прихожей стояли коробки. Его вещи аккуратно сложены. Куртки сняты с крючков.
В гостиной за столом сидели двое мужчин в костюмах.
А за их спинами — Нина.
Не в старой куртке из коробки.
В строгом сером пальто. Волосы убраны. Взгляд — спокойный.
— Что происходит? — Егор отступил на шаг.
— Добрый вечер, — произнесла Нина ровно. — Это мой представитель и судебный пристав.
— Ты с ума сошла?
— Нет. Я просто вернулась домой.
Марина вышла из спальни, бледная.
— Егор, что это?
Пристав поднялся.
— В соответствии с решением суда о временных обеспечительных мерах, квартира подлежит описи имущества до выяснения обстоятельств. Раздел и право проживания будут установлены после заседания.
— Какие обстоятельства? — заорал Егор.
Адвокат Нины спокойно положил на стол папку.
— Мы добились пересмотра уголовного дела. Истребованы материалы. Обнаружены процессуальные нарушения. Кроме того… — он сделал паузу, — найден новый свидетель.
Егор побледнел.
— Кто?
— Сосед вашего отца. Он видел, как в день трагедии к вам приходил человек. Мужчина в кожаной куртке. Позже выяснилось — коллега покойного. Тот, кто получил его должность через неделю после смерти.
Егор сел.
Марина смотрела на Нину с ужасом.
— Это не ты… — прошептал он.
— Нет, — тихо ответила Нина. — Не я.
— Но пакет…
— Кто имел доступ к моей куртке? — она смотрела только на него.
Он молчал.
Пристав начал составлять акт.
— Личные вещи ответчика будут вывезены. Проживание возможно только с согласия второй стороны.
— Ты не имеешь права! — закричала Марина.
Нина перевела взгляд на неё.
— А ты — кто?
Тишина упала тяжёлая.
Через месяц дело официально возобновили.
Экспертиза показала: на пакете с ядом — отпечатки свекра и… ещё одного человека. Не Нины.
Коллегу свёкра вызвали на допрос. Тот сломался быстро.
Оказалось, свёкр собирался раскрыть финансовую схему на работе. Его отравили заранее. А Нина стала удобной жертвой — конфликт с кредитом, недовольная свекровь, напряжение в семье.
Кто подкинул пакет — установить не удалось.
Но доказательств против Нины больше не было.
Через полгода суд признал её невиновной.
Официально.
В день, когда решение вступило в силу, Егор пришёл к квартире.
С цветами.
Дверь открыла Нина.
— Я всё понял, — начал он. — Я был идиотом. Прости меня. Я не верил тебе… но я был в шоке… мама давила…
Она слушала спокойно.
— Я люблю тебя, — добавил он. — Мы можем всё начать заново.
В глубине квартиры играла тихая музыка.
На столе лежали документы.
— Квартиру делим? — спросил он осторожно.
— Нет.
— Нет?
— Я выкупила твою долю.
Егор замер.
— Откуда у тебя деньги?
— Государство выплатило компенсацию за незаконное осуждение. А ещё… — она посмотрела ему в глаза, — я всё это время работала. Даже там.
Он побледнел.
— То есть…
— То есть ты больше сюда не вернёшься.
Он хотел что-то сказать, но слова не находились.
— А Марина?
— Мне всё равно.
— А мы?
Нина сделала шаг назад.
— Нас не было уже семь лет.
Дверь закрылась мягко.
Без хлопка.
Вечером Нина сидела на кухне.
В её кухне.
Таня налила чай.
— Ну что? — спросила она.
Нина улыбнулась — впервые по-настоящему.
— Теперь я свободна.
Иногда человек гниёт за решёткой не потому, что виноват. А потому что кому-то выгодно, чтобы он молчал.
Но когда правда возвращается — она выбивает дверь тише, чем ожидали. И бьёт больнее.