С утра ещё было зябко, но чувствовалось, что день будет жарким.
И тут Даша услышала, как рядом стоящая полная женщина звонит в такси и вызывает машину в том же направлении.
Она подскочила к ней:
– Свердловка, – она сложила руки в мольбе, – Давайте до Свердловки.
– Девушка, до Свердловки через Порышево. Да, ждём, – исправила заказ незнакомка.
Вот повезло. Теперь расходы практически делились на двоих, Даше ехать немного дальше. Они быстро договорились.
И только тут Даша заметила, что женщина вовсе не полная, как показалось вначале, а беременная. И лучше даже сказать – девушка. Были они примерно одного возраста.
Ну, собственно, Даше было без разницы, кто будет её попутчиком.
Машину ждали недолго. За это время они перекинулись парой фраз. Даша сказала, что она студентка, что едет из Москвы, домой на каникулы. Девушка ехала из больницы, лежала на сохранении, и теперь её выписали. Но недели через три вернётся опять сюда – уже рожать.
Минут через десять к ним подъехала машина.
“Да уж, узнаю места родные” – подумалось Даше – машинка была плохонькая.
Даша помогла девушке и с её чемоданом, потом села вперёд, рядом с водителем, девушка тяжело забралась назад.
Водитель – немолодой мужчина– кавказец. Кондиционер отсутствует. Как только выехали из города, водитель начал ругать дорогу. Да. Там было, что ругать. Ехать приходилось медленно, объезжая ямы и колдобины.
Стало жарко. Хорошо было только тогда, когда заезжали на лесную дорогу. Из елового леса шёл благодатный свежий воздух.
– Ох, я скучаю по этим лесам, – сказала Даша, достала телефон для съёмки.
Хотела отправить фото подружке, но связи здесь не было совсем.
– Я тоже люблю эти леса. Вот рожу, оклемаюсь к августу, и пойдем с мужем по грибы. Мы часто с ним ходим. У нас места грибные.
– А у меня отец любит по грибы ходить, а я – не очень. Нам хватает и того, что папа приносит…поперебираешь. Мама больше выбрасывает, чем оставляет…
– Скоро уж Лиманиха, наверное. Или нет? Жарко очень, прям душит, – пожаловалась пассажирка сзади.
– Да-а, скорей бы, – весело сказала Даша. Сейчас ей было не душно, они были в лесу.
– Я прилягу. Столько лежала в больнице, что и сидеть …., – и вдруг попутчица смолкла, а потом произнесла сдавленно, – Ох, ох, больно как!
Даша обернулась на неё, на лице у той застыло удивление, и вдруг она опять вскрикнула протяжно:
– А-ай, мамочка моя! – глаза округлились.
– Что с Вами? Остановиться?
Но девушка её не слышала, она согнулась и повалилась на бок.
– Остановитесь, остановитесь! – Даша просила, не спуская глаз с девушки, водитель притормозил.
Даша выпрыгнула из машины, открыла заднюю дверцу и замерла в растерянности, поражённая догадкой.
Может надо гнать, а не стоять? Что делать?
– Потерпите, потерпите чуток, наверное, это роды, да?
Девушка застонала, ей было не до ответа.
Даша опять села вперёд.
– У неё роды, надо быстрее…поехали.
– Какие роды? – с кавказским акцентом спросил водитель, – Вы что? – водитель глядел растерянно.
– Ну, поехали- поехали…
– Да тут езды по таким дорогам ещё часа полтора.
– А до села, до ближайшего села?
– Сийчас, – он полез в телефон…
– Да поехали, говорю Вам, скорее.
Но проехали они недолго. Сначала девушка села:
– Ой, простите, вроде полегче стало. Мне же рано ещё, врачи считали, смотрели – рано. Вот и прошло все.
Даша сидела обернувшись к ней.
– Вас как зовут-то?
– Рита, а Вас?
– Я Даша, – она протянула руку между сиденьями для знакомства.
И вдруг Рита с неожиданной силой вцепилась ей в руку. Кривя рот, она сморщилась и сжалась. Потом резко вытянулась и затрясла головой.
Даша вырвала руку и велела водителю остановиться. Она выскочила из машины и сунулась на заднее сиденье.
Сделала она это зря, потому что Рита начала хватать её за руки, за одежду и тянуть на себя в приступе невероятной боли.
– Оой, ой. Мамочка! Мама! Больно, – кричала она.
Даша не удержалась на ногах, упала коленом в проход, ударилась.
Через минуту Риту опустило, она лежала на заднем сиденье, обхватив живот руками, её трясло. Дыхание прерывистое, взгляд невидящий. Она прислушивалась к себе.
Даше и самой нужно было успокоиться. Она испугалась.
Водитель тоже выскочил из машины, бегал рядом, хлопая себя по коленям, пытался позвонить, но связи не было, он что-то бормотал не по-русски. Дорога была пустынна – утро раннее.
“Так, этот не помощник” – почему-то подумалось Даше. И она сама испугалась своим мыслям.
Неужели они сейчас будут рожать? Прямо здесь, в этой пыльной машине, на влажной от росы обочине дороги, без всякого…. А чего всякого? Даша даже не знала, что требуется для родов.
И тут Рита свернулась и завыла по-звериному. Поводя непонимающим глазами, она пыталась сесть, но у нее не получалось.
Даша глупо предлагала ей выйти из машины, но та не слышала. Она, почему-то, пыталась рвать стоящую рядом сумку и мычала. Потом ослабела, покрылась испариной и затихла. И тут произнесла.
– Я, кажется, рожаю. Я думала … А это воды были.
Дашку уже брало зло. “Кажется ей!”
– Да не кажется тебе, а рожаешь, Рит. Давай выходи из машины, к тебе ж не подберешься. Выходи! – Даша командовала. Теперь она поняла, что только так и можно. Хоть и казалось ей, что оба присутствующие здесь были мудрее и опытнее, но сейчас … Сейчас надо брать все в свои руки. Иначе … Даже не хотелось думать, что иначе.
– Выходи!
– Я не могу, – боялась пошевелиться Рита.
– Идите сюда, – Даша звала водителя, – Давайте поможем ей выйти.
Они взяли Риту за руки, помогли, но как только та встала на ноги, так и упала тут же опять на колени в очередном приступе схватки.
– Терпи, Рита, терпи, миленькая! – Даша неосознанно гладила Рите спину изо всех сил, беря часть боли на себя.
Рита все рвалась куда-то ползти.
– Тебе надо лечь! Сейчас…, – она обратилась к растерянно стоящему водителю, – Достаньте мой чемодан, откройте, там сверху большое красное полотенце, давайте его, – а потом опять к Рите, – Терпи, дорогая, терпи.